Василий Васильич с добродушною улыбкой наблюдал эту сцену и, отвечая на немой вопрос, объяснил:
- Не слыхали про Захара Иваныча? Нарядчик на промыслах... Большой чудак: всё мудрёные книги читает. Памятища у него невероятная... Представьте себе, что на прииске пятьсот рабочих, так он их всех по имени и по отчеству назовёт, да ещё и прозвища, у кого какие есть, тоже. За десять лет кто работал у него, всех в лицо узнает и назовёт. При расчётах тоже каждую копейку помнит: кому вперёд дано, за кем ещё старый долг, кому додать... Какая-то зверская память!..
Подходивший к Невьянску поезд лишил меня возможности познакомиться с интересным нарядчиком. Во всяком случае, как-то странно было слышать имя корифея европейской литературы именно от такого приискового кожана, и думаю, что едва ли на другой какой железной дороге можно услышать подобный разговор. Урал вообще богат самоучками и, в частности, начётниками.
Издали Невьянск походит на уездный городок и красиво пестреет на солнце своими белыми каменными домами, зелёными железными крышами и богатыми церквами. Картину портит только охватившая завод со всех сторон голая "степь", как на Урале называют всякое безлесное место.
- Тёпленькое местечко этот Невьянск, - говорит Василий Васильич, любуясь в окно. - Пятнадцать тысяч жителей, торговля... На всех хватит золота, и ещё от нас останется. Одним словом, место самое угодное. На башню слазим в Невьянске... Вон как она покосилась, голубушка, точно старушка. Любопытная штучка...
II
Начётник. - Старинная башня с курантами. - Нынешний Невьянск и кожаны доброго старого времени. - Ряды, сундучный промысел, иконопись и "лучинкова вера".
На невьянском вокзале публики всегда много, и можно только удивляться, откуда она здесь берётся. На маленькой тележке мы весело покатили в Невьянск, который так красиво пестрел по течению реки Нейвы своими бревенчатыми домиками, белыми каменными домами и зелёными крышами. Кстати, самое название Невьянск неправильно, оно произошло от реки Нейва, - следовательно, нужно говорить Нейвьянск, но испорченное название уже вошло в общее употребление, и не нам его переделывать.